Буклет
Святой, Благоверный, князь Михаил Тверской
 730 лет со дня рождения.
Автор Пономарев Г.Н.

 М.А.Ильин
 из статьи
 
"Духовный символ
 Тверской земли"

С.В. Богданов
Великий Тверской
 князь Михаил
 Ярославич и
внутриполитическое
развития Тверского
 княжества

Г. Н.  Пономарев
Михаил Ярославич Тверской
первый ”Великий князь всея Руси”

Доклад на конференции. 13 июня 2003 года, Будённовск

Г. Н. Пономарёв
Отечестволюбец, святой, благоверный, Великий князь Тверской и Владимирский Михаил Ярославич
Доклад на конференции. 1996 года, Тверь

Г. Н. Пономарёв
В чём величие Михаила Тверского?

 Н.А.Курочкина
 из книги
"Святой
 благоверный князь
 Михаил Ярославич
 Тверской"

 

С 26 по 29 ноября 1996 г. в Твери состоялась международная научная конференция - “Великий князь Тверской и Владимирский Михаил Ярославич: личность, эпоха, наследие.” На конференции кроме гостей из Москвы и Петербурга присутствовали гости из Беларуси и Литвы, из Югославии и из Германии. Было сделано 38 докладов. Был сделан значительный шаг к возвращению из забвения имени нашего великого предка. Международная конференция, посвящённая 725 годовщине со дня рождения Михаила Тверского, на теоретическом уровне вернула нам значимость его имени, которое по достоинству почиталось нашими предками.

ОТЕЧЕСТВОЛЮБЕЦ, святой, благоверный,
Великий князь Тверской и Владимирский
Михаил Ярославич

Первый, кого стали называть: “Великий князь всея Руси”.

Для современной России имя Михаила Ярославича Тверского почти неизвестно. Как и многое в нашей истории оно было предано забвению и почти совсем ушло за последние семь десятков лет из общественного сознания россиян. А меду тем в конце Х1Х, начале ХХ века это было знаковое имя, оно стояло в одном ряду с именами Александра Невского и Дмитрия Донского. Это имя было символом добра, справедливости, жертвенности. Ярчайшим подтверждением этого является то, что, когда в 80-х годах прошлого столетия в Твери было создано “Братство Михаила Тверского”, оно поставило своей целью не пропаганду жизни и деятельности великого предка, а от его имени и его именем повело просветительскую работу в самых широких массах народа. Михаил Ярославич погиб в Орде мученической смертью и, когда через год нетленное тело его было доставлено в Тверь, он сразу начал почитаться тверитянами как святой. Ещё совсем юный царь Иван Васильевич, решив не только политически и экономически, но и духовно объединить Русь, после Собора 1547 г. предложил епархиальным владыкам подумать о своих местночтимых святых и выдвинуть наиболее достойных на следующем Соборе уже, как общенациональных для канонизации, что и было сделано в 1549 г. Тогда-то и был канонизирован Михаил Ярославич.

Не только историческая наука, но и литература и искусство воспели этот образ. На памятнике “тысячелетию Руси” в Новгороде - он рядом с Невским, так же рядом они изображены Карлом Брюлловым в Исаакиевском соборе в Петербурге. К образу Михаила обратился и ученик К. Брюллова П.Н. Орлов, две работы которого хранятся в Тверской картинной галерее. Образ Михаила Ярославича Ярославича вдохновил и выдающегося русского живописца конца XIX века Виктора Васнецова.

Блестящие поэтические строки посвятили Михаилу Ярославичу К. Рылеев, А.А. Бестужев-Марлинский, А.Н. Муравьёв.

И вот прошло семь десятков лет и мы как бы заново открываем это имя. Жизнь Михаила Ярославича, его дела, замыслы столь высоки, что достаточно просто беспристрастного взгляда, чтобы присоединиться к высочайшей оценке, данной ему нашими предками. “Отечестволюбец”! Это редкостное слово Н.М. Карамзина как нимб горит над главою государственного и духовного мужа, нашего великого предка!

В первой половине ХIII века молодой этнос, который мы сейчас называем русским народом, истоки которого уходили в Киевскую Русь, общность людей, расселившаяся в регионе между Владимиром и Новгородом, между Костромой и Рязанью, общность, ставшая называться Владимиро-Суздальской Русью, эта общность, этот этнос, подверглись жесточайшему испытанию. На почти два десятка маленьких русских княжеств, на православных русичей, нахлынули орды кочевников-язычников. Не один народ-этнос исчез, сметённый с лица земли, той беспощадной лавиной. К началу ХIV века на грани исчезновения оказалась и Владимиро-Суздальская Русь. Были пресечены все попытки объединения с южной Русью для отпора Орде. Уже была произведена поголовная перепись, дабы от уплаты дани не мог больше уклониться ни один русский двор, ни один русич. Сам Владимир, как столица уже утратил своё значение, и русские князья, получавшие титул верховного правителя в этом регионе – титул Великого Владимирского князя, большую часть времени проводили в своих родовых гнёздах. Более того, казалось, и сам русский этнос может вот-вот исчезнуть с лица земли. И вот на рубеже двух веков ХIII и ХIV на Великокняжеский Владимирский стол приходит русский князь ярко выраженной антиордынской направленности, воспитанный в духе единодержавной власти на Руси Михаил Ярославич Тверской.

Один из самых крупных знатоков тверского средневековья профессор В.А. Кучкин приводит слова К. Маркса “о том, что именно тверская княжеская ветвь первой подняла знамя борьбы против ига иноземного”. Видный учёный, Я.С. Лурье пишет: “Михаил Ярославич - важная, хотя и недостаточно оцененная фигура русской истории. Именно с Михаила Ярославича начинается трудная и героическая борьба с полновластием татарских ханов, которую вела в ХIV в. Тверь; осмелившийся в 1317 г. поднять руку на татарского полководца Кавгадыя и ханскую сестру Кончаку, Михаил Ярославич был за это казнён в Орде”.

Нравственность закладывается в детстве, она впитывается с молоком матери. О его матери Ксении известно, что она дочь Юрия Михайловича. По одной из гипотез1) её отец младший сын Михаила Всеволодовича Черниговского, погибшего в Орде за веру православную и за противостояние Орде.2) Отец Михаила - Ярослав Ярославич в 1252 г. оказал открытое сопротивление Орде, двинув свои войска вместе с войсками брата Андрея против Неврюевой рати под Переяславлем.

“Около 1272 г. в Твери была образована самостоятельная кафедра, вторая во всём Ростово - Суздальском крае”3) кафедра епископии. Вот наставления епископа Симеона, который разумеется был духовным учителем Михаила: “Если князь справедлив и добр к людям, он назначит и правителей добрых, полных страха божия, разумных и праведных... А если князь... не будет христиан жаловать... напустит их (тиунов), как гончих псов на мясо, людей губить, то тогда и князь попадёт в ад и тиун его с ним”.4) В это время в Твери “впервые после долгого перерыва возобновляется общерусское летописание и - относительно рано - каменное строительство”.5) Устанавливаются церковно-гражданские правовые нормы, ставится задача “представить Тверь носителем правопорядка”6), свидетельством чего явился сборник “Мерило Праведное”, рассматривавший “вопрос “цесарского достоинства” и истинности власти”.7) Вопросы единодержавия были важнейшими в “Хронике Георгия Амартола”, переизданной в Твери.

Вот те идейные и нравственные установки, которые получает Михаил с “младых ногтей”. Вот как выстраивается основной событийный ряд жизни Михаила Ярославича и как его принципы претворяются в жизнь.

Итак 1285г. - год закладки Спасо-Преображенского собора, год первого упоминания Михаила, как Тверского князя. Ему 14 лет. Да, наверняка он ещё много советуется с епископом, матерью и боярами. И всё же... Если умерший старший брат Святослав поддержал проордынскую группировку во главе с Андреем Городецким, то Тверь при юном князе Михаиле Ярославиче выступает в коалиции с Москвою на стороне Дмитрия Александровича в борьбе с Ордой. В этом же 1285 г. Тверским князем в союзе с другими князьями отражается натиск литовцев на Южные границы Тверского княжества в районе Олешны. Но следует отметить, что Дмитрий Александрович, как Великий князь на помощь Твери здесь не пришел. А в 1288 г. на съезд князей по вызову Великого князя Дмитрия Александровича не явился сам Михаил Ярославич. Как известно, конфликт этот закончился военным противостоянием у Кашина и последующим миром. Источники не дают ясного объяснения причины конфликта. В.Г. Карцев пишет : “Восстановившемуся на великокняжеском престоле Дмитрию, видимо, в каких-то вопросах пришлось пойти на примирение как с татарами, так и с братом Андреем. Во всяком случае у них возникли размолвки с Тверским князем Михаилом”.8) В конечном итоге важно отметить, что конфликт между двумя антиордынски настроенными князьями закончился миром. А когда в 1293 г. Андрей привёл на Русь огромное татарское войско под предводительством Дудени, дабы отобрать у Дмитрия Великое княжение, именно в Твери укрылся Дмитрий Александрович. Как известно, Дуденя и Андрей смерчем прошлись по русской земле, разорив 14 городов, население которых, спасаясь, собралось в Твери. И тверитяне и беженцы поклялись стоять насмерть до конца. И хотя сам Михаил Ярославич в этот момент только возвращался из Орды, в Твери всё делалось от его имени и его именем. Тверь, Тверской князь стали в этот момент на Руси символом отпора Орде.

Через два года после этого в 1295 г. заключается мирный договор с Новгородом, где оговаривается взаимопомощь против проордынски настроенного Андрея и против самой Орды.

В 1296 г. Тверь в союзе с Москвой противится желанию Андрея захватить Переяславль у племянника Ивана на Соборе во Владимире. А потом, когда Иван уехал в Орду и Андрей попытался силой захватить Переяславль, его остановили совместные дружины Твери и Москвы. Но, очевидно, здесь и начал завязываться будущий конфликт Москвы с Тверью, ибо “князь бо Иван Дмитриевич, ида в Орду, приказа блюсти отчину свою Переяславль князю Михаилу Тверскому”,9) а потом в конце-концов, будучи бездетным, завещал Переяславль Московскому князю Даниилу. Смерть Даниила Московского в 1303 году10) коренным образом меняет положение дел. Для Тверского князя в обозримом будущем появляется возможность после смерти Андрея в очередь по “лестничному праву” вступить на Великокняжеский стол.

Михаил уже женат на Анне, дочери Ростовского князя, правнучке Михаила Черниговского по его дочери Марии. По всей видимости, приход Анны в Тверской княжеский дом ещё больше укрепил в нём культ Михаила Черниговского их общего предка, его идеи борьбы с Ордой и за чистоту православия. Не случайно все трое были канонизированы русской православной церковью. У Михаила уже трое детей Дмитрий, Александр и дочь Федора. Тверь с каждым годом богатеет, развиваются наука и культура. В источниках нет упоминания ни о каких других, кроме упомянутых, конфликтах Михаила с другими князьями Владимирской Руси. Но наступает 1304 г.- умирает Великий князь Андрей Александрович. Михаилу Ярославичу 33 года, все права на его стороне, он едет в Орду и, несмотря на притязание Юрия Московского, получает в Орде ярлык на Великое Владимирское княжение.

Начался второй период его жизни. На Великокняжеский Владимирский стол пришёл русский князь ярко выраженной антиордынской направленности, воспитанный в духе единодержавной власти на Руси. То что его первым стали называть “Великим князем всея Руси”11) и “самодержцем” общеизвестно.12) Петербургским учёным М.А. Дьяконовым документально доказано ещё в ХIХ веке, что Михаил Ярославич Тверской первым на Руси стал величаться Великим князем всея Руси, что именно так к нему обращался патриарх Константинограда Нифонт, что современники в письменных обращениях к нему именовали его “самодержцем”. “Самодержец” “всея Руси” - это означает не только самодержавное, единоличное управление, но, что для нас не менее важно, управление всей объединённой Русью.

И здесь крайне любопытен взгляд не только наших учёных, но и взгляд, как бы со стороны, скажем, взгляд немецкого учёного Э. Клюга, автора монументальной монографии “Княжество Тверское”. Вот что он пишет: “В одном греческом источнике, исторических выдержках из трудов современника императора Андроника II Палеолога (1282 – 1327) Максима Плануды, сказано даже, что Михаил Ярославич в качестве “Basileus ton Rhos” (“Царь росов” - перевод А. Чернышова) направил посольство к византийскому императору” 13). Э. Клюг обращает внимание читателя и на известный источник “Написания” монаха Акиндина, цитируя его обращение к Михаилу Ярославичу: “(Ты) царь еси, господине княже, въ своей земли…” И далее Э. Клюг продолжает: “Монах сближает тем самым положение Михаила с положением византийского императора… Великий князь всея Руси, басилевс, самодержец и царь – эта тенденция к повышению ранга власти великого князя Михаила Ярославича обозначается в приведённых источниках со всей очевидностью” 14). Немецкий учёный чётко формулирует чрезвычайно важную проблему. Одним из главных символов самодержавной власти на Руси стало право единоличного сбора дани со всей Руси с последующей доставкой её в Орду, и Э. Клюг пишет: “… Михаил Ярославич был первым великим князем, о котором мы доподлинно знаем, что он перенял у прежних баскаков взимание податей для Орды”. 15)

Самодержец и объединитель Русских земель. Стал ли он “самодержцем” в полном смысле этого слова? Разумеется, нет. Но то, что он сам именовал себя так во внешних сношениях, и так же к нему обращались другие, бесспорное свидетельство того, что это было и программой его ближайших действий и стратегической задачей. Объединительный процесс этот, чрезвычайно длительный от замысла до воплощения, проанализировал В.О. Ключевский. Прежде всего, требовалось экономическое объединение всех земель, затем уже политическое. И, наконец, замена “лествичного права” старшинства на “преемство великокняжеского стола в нисходящей линии”. 16) И мы знаем, что ни современнику Михаила Ивану Калите, ни его внуку Дмитрию Донскому не удалось ещё стать самодержцем. Пожалуй только к внуку Донского Василию Тёмному уже можно применить этот термин. Но этого он смог добиться, не благодаря своим исключительным качествам, а благодаря кропотливой работе предшествующих поколений. В.О. Ключевский пишет: “Внук Донского попал в такое счастливое положение, не им созданное, а им только унаследованное”. 17) “Предшествующие поколения” бесспорно начинаются с Михаила Ярославича, который встал на долгий путь будущего объединения Руси и начал делать на нём первые шаги - шаги к экономическому объединению. Единоличное взимания податей для Орды, это и есть тот главный инструмент, который в будущем с блеском использовал Калита для экономического укрепления Москвы. Но мы должны сознавать, что именно в Твери, и именно Михаил первым завладел этим мощнейшим рычагом будущего экономического благосостояния. И здесь особенно ярко просматривается различие отправных точек Москвы и Твери на пути будущего объединения и единодержавия. Москва начала с аннексии соседских земель - Коломна, Можайск - лишь в последствии при сосредоточении достаточных средств Калита начинает покупать города “Белозёрск, Галич и Углич”, но уже внук и правнук вновь обращаются к аннексии. “Дмитрий Донской захватил Стародуб на Клязьме... с Дмитровом, выгнав тамошних князей из их вотчин”.18) В политике Твери сразу обозначается предпочтение другим инструментам: экономическому давлению и демонстрации силы. Ибо сама военная сила, как таковая, была применена в полной мере Михаилом Ярославичем, как Великим князем Владимирским, всего один раз в 1315 г. в Торжке. И то это было обусловлено откровенной провокацией Москвы и бунтом Новгорода против власти Великого князя, когда новгородцы не просто выгнали бояр Великого князя, но и пришли войной на тверскую землю. Стоит прислушаться к исследователю “Повести о разорении Торжка в 1315 г.”, крупнейшему специалисту в области идеологических проблем русского средневековья Будовницу И.У., который назвал это произведение “полемическим” и заявил, что “Михаил и не мог поступить иначе”.19) Великий князь подавил бунт и предпринял меры, дабы это не повторялось впредь, приказав срыть Торжокский кремль. Это был обычный, естественный шаг с точки зрения средневековой морали. Необычной, непостижимой была та терпимость, с которой Михаил пытался объединить русские земли воедино. Ведь главным оружием против Новгорода было сочетание экономического давления в 1312 г. и демонстрации силы в 1316 г. И это приносило реальные плоды, каждый раз это кончалось мирным договором. В отношении же Москвы тоже была лишь демонстрация силы, ибо, чем иным можно было бы объяснить эти два странных похода на Москву в 1305 и в 1308 годах. Ещё в 1288 г. пишет Э. Клюг, “объявленный великим князем Дмитрием общегосударственный войсковой сбор не смог ввергнуть Тверь в военную катастрофу... Тверское войско явно представляло собой силу, с которой приходилось считаться”.20) Но теперь уже Михаил Ярославич был во главе всей Владимирской земли. И если по 1308 г. практически все источники констатируют, что “бысть бой у Москвы... а града не взя..,”,21) то по 1305г. например Воскресенская летопись вообще не упоминает о бое: “В лето 6813 Великий князь Михайло Тверский... ходи к Москве на князя Юрия Даниловича и на его братью, и взя с ним мир”.22) И поразительно сколь непоследовательны критики Михаила, кои штурм и наказание Торжка рассматривают, как проявление жестокости и варварства, а походы на Москву, как проявление слабости и вялости политики.

Что же касается политических ошибок, то такая была - одна - но трагическая ошибка - конфликт с митрополитом Петром. Это огромнейшая тема и суть её во взаимоотношениях светской и духовной властей. Слишком рано Михаил попытался вмешаться в дела церкви. Один из самых глубоких исследователей религиозных движений на Руси XIV - XVI веков А.И. Клибанов в работе “Реформационное движение в России” пишет: “Дело... было то, а вот время было “не то”...”23) Впрочем Михаил в последующем пытался уладить конфликт с Петром и явно предпринимал определённые шаги, но безуспешно, что в будущем сыграло роковую роль.

Но это в будущем. А пока Михаил Ярославич сам попадает в трагическую ситуацию. Два последние года жизни 1317 и 1318 - годы величайшего духовного взлёта Михаила Ярославича. Перед ним, Великим князем Владимирским, за спиной которого тверские рати и рати всей Низовской земли предстаёт в Костроме его соперник - Юрий Московский с таким же ярлыком на Великое княжение и с татарской конницей во главе с Кавгадыем. И Михаил без боя, добровольно уступает Великое княжение. Во имя чего другого, кроме мира на русской земле, он мог это сделать? Но проходит несколько месяцев и Юрий Московский теперь уже во главе всей Низовской земли, с конницей Кавгадыя, с новгородцами начинает пустошить тверскую землю. Что в этой ситуации мог сделать Михаил? Он мог броситься в Орду, пасть на колени перед ханом и вымолить жизнь себе и семье. Он мог, наконец, как делали многие, как делал отец, бежать с семьёй и близкими на Запад и оттуда созерцать, как тверскую землю предают мечу и огню. Он не мог только одного - оказать вооружённого сопротивления, ибо это означало вступить в бой и с Кавгадыем, т.е. оказать вооружённое сопротивление Орде, чего Орда никогда не прощала. И, как ни парадоксально, он выбирает этот, кажущийся невероятным путь. Он выходит на открытое сражение при Бортенево и одерживает блестящую победу, пожалуй впервые заставив в открытом бою, бежать татарскую конницу от русского оружия. И здесь во время принятия решения о битве Михаил совершает свой главный духовный подвиг. Михаил понимал, что кто-то должен будет на Руси первым встать с колен перед Ордою. Но он понимал и другое, что наказание за это будет жестоким. Очевидно, что именно здесь, накануне сражения, Михаил Ярославич принимает своё великое решение в случае победы заплатить не собственной землёю и жизнями своих подданных, а своею собственною жизнью. Он решает показать всем русичам, всему миру, что честь и достоинство существуют, что люди, стоящие на коленях, только тогда станут народом, когда они встанут с колен и защитят свою честь, достоинство и свободу. Это решение не было внезапным порывом, а глубоко продуманным и выстраданным результатом воспитания, результатом всей его жизни.

Возможно, если бы Московский князь в результате интриг и женитьбе на сестре хана не получил от властителя Орды в приданое Великое Владимирское княжение, Михаилу Тверскому потребовалось бы не 63 года, а значительно меньше времени, чем потом Москве, дабы вывести объединённую Русь на Поле Куликово. Но история не знает сослагательного наклонения. Перед Михаилом Тверским встал выбор: или тихо уйти с политической сцены, или попытаться дать урок и пример всем русичам, что Орду можно и нужно бить. Эта победа и стала одной из главных причин его казни в Орде и по мнению Э. Клюга: “Весьма правдоподобным основанием такого рода представляется военная мощь, продемонстрированная Тверью при Бортенево, которая являла собой потенциальную угрозу для татарского господства”. И далее этот беспристрастный учёный пишет: “С учётом выявившейся при Михаиле Ярославиче тенденции к возвышению власти великого князя владимирского до власти “великого князя всея Руси”, этот успех должен был породить опасение, что Тверь, в ущерб остальным князьям Суздальской земли, может попытаться наполнить реальным содержанием эту, протокольную до сей поры, формулировку”24). Да, эта победа стояла первым пунктом обвинения Михаилу в Орде, она состоялась за 63 года до великого Поля Куликова! Можно с уверенностью констатировать, что это первое, подробно описанное в источниках, сражение, когда Владимиро-Суздальская Русь разгромила ордынскую конницу: русичи вынудили её “неволею отступить в стан” и взяли в плен.

Да, он едет в Орду на суд, да, он опровергает все обвинения, среди которых главным конечно же было - с послом татарским бился, он выдерживает 24-х суточное истязание телесное и духовное, он отказывается от побега, он проходит весь свой крестный путь, он восходит на свою Голгофу, но уже не сворачивает с избранного пути. За духовный подвиг Михаила Ярославича наша православная церковь назвала его “святым и благоверным”. Но нельзя разрывать гражданский и духовный подвиги Михаила, вот почему имена данные ему Н.М.Карамзиным и церковью должны стоять рядом: “Отечестволюбец, святой, благоверный, Великий князь Михаил Тверской”.

Проиграл ли, в конечном счёте, Михаил Тверской? Это тот вопрос, который на протяжении двух тысячелетий задаёт человечество: “Проиграл ли, в конечном счёте, тот, кто взошёл на Голгофу”?

И, наконец, о самом важном. В последнее десятилетие прошлого тысячелетия нам усиленно вдалбливалось, и мы почти поверили, что власть и нравственность, в принципе несовместимые понятия, а если нет нравственности наверху, то, что же требовать от нас, простых смертных. И мы все, всей страною, добровольно, медленно, неосознанно начали, было, погружаться в духовное рабство. Стало непристойным говорить об идеале, разговор об этом становился символом умственной неполноценности. Ёрничанье над всем и вся, осмеяние всего — с этого пути разрушения, а не созидания, казалось, уже не свернуть. Никто из членов общества Михаила Ярославича Тверского никогда не пытался лакировать, завышать оценку его личности. Но мы всегда призывали современников стараться оценивать события русского средневековья сначала с точки зрения норм и морали того времени. Это приводит к более объективным оценкам тех людей и тех поступков, которые возвышали наших предков над своим временем.

Приходилось ли Михаилу проявлять жестокость? Конечно, как любому военачальнику. Уничтожение Торжокских крепостных стен, пожар в городе, это была обычная в средние века реакция на сопротивление вассала своему господину. Да, Новгород не был вассалом Твери, но у них был договор, регулирующий взаимоотношения Новгорода с Тверским князем, как с Великим князем Владимирским, на Торжке сидели бояре, поставленные и утверждённые Тверью. И Новгород, пока Михаил был в Орде, нарушил эти договорённости, сбросил бояр, поставленных Михаилом, более того новгородские войска вторглись на тверскую землю, стали разорять и жечь её. И только спешно собранное старшим сыном Михаила войско остановило их, не допустив до Твери. И когда вернулся Михаил из Орды с подтверждёнными правами Великого князя и пошёл восстанавливать в Торжок статус-кво, новгородцы дали ему бой, в котором потерпели сокрушительное поражение.

Русское средневековье изобилует примерами рыцарского духа, людей чести, людей благородных, самоотверженных. Другое дело, что величайшие образцы благородства и самоотверженности постоянно наталкивались на чудовищное предательство и изощрённую ложь. И быть может, эпоха Михаила Тверского была тем взлётом, тем рубежом, когда с его смертью началось медленное и неуклонное падение нравственных заповедей. Принцип — честь превыше жизни, стал уходить на задний план, общественному сознанию стало внушаться, и сейчас достигло своего торжества утверждение, что жизнь, сама по себе, единственная непреходящая ценность, ну а честь и достоинство это химера.

Михаил Ярославич был человеком со всеми страстями присущими человеку. Доводилось ли ему испытывать чувство бессилия, колебания, доводилось ли ему проигрывать? Конечно, как и любому живому человеку! Но его жизнь, поступки, его замыслы — свидетельство того, что он мог управлять своими страстями, подниматься над ними и совершать поступки, нравственность которых не по плечу многим из ныне живущих. Нам много удобнее жить, не веря в нравственные принципы добра, это оправдывает нашу собственную малость! И если не было и не может быть сильных, высоконравственных людей, мы уже и сами себе кажемся не столь уж ничтожными. Быть может, трудно поверить современному молодому человеку в Пьера Безухова или Андрея Болконского — они лишь плод фантазии писателя. Но ведь Михаил Ярославич действительно жил, действительно мечтал о великой единой Руси! Он действительно поднялся в почти безвыходной ситуации, когда многие на Руси уже смирились с ярмом рабства и уже не замечали этого деревянного ожерелья на шее своей, как человек, рождённый в африканской пустыне, не подозревает о существовании снежного хвойного бора. Михаил Ярославич, выведя войска на Бортеневское поле, хоть на день, хоть на миг разомкнул на шее русича, почти сросшееся с его телом ярмо и дал возможность, хоть на миг, распрямить плечи. Ведь это было! И молодые люди после знакомства с личностью Михаила пишут в сочинениях: “теперь я ещё больше горжусь своей Родиной”. И это не траспарант-плакат, транспаранты пишут по указанию сверху. Так пишут совсем молодые люди в своих школьных сочинениях

Да, Михаил Ярославич был канонизирован в 1549 г., возведён в числе ряда выдающихся людей отчизны в ранг святых русской православной церковью. Но народ, нация, единственному из своих правителей, князей, царей, дала имя “Святой”. Так его нарёк народ — Михаил Святой! Разве содержание этого имени идентично каноническому — “Святой, Благоверный…”, разве его подвиг идентичен подвигу предка его “Михаила Черниговского”, действительно отдавшего жизнь, дабы не попирать каноны русской православной церкви? Значит, по мнению нации, Михаил Ярославич совершил нечто большее! Святой! Значит верный Богу и самым высоким нравственным идеалам.

Город Святой Крест, нынешний Будённовск, был назван так в честь того, что там воссияли останки Михаила Тверского, когда их везли из Орды на Русь. В 1995 году во время начала штурма нашими войсками больницы, где бандиты Басаева заключили более 2000 заложников, в небе явилась Богородица, которую видело огромное число и заложников, и жителей города за пределами больницы, и сами чеченцы. Нашему атеистическому сознанию невероятно трудно принять и поверить в это. Но мы так же долго не верили, что существует в человеческом теле нечто, называемое душой, пока учёные не обнаружили это нечто. В Будённовске явление Богородицы и освобождение заложников не могли не связать с именем Михаила Святого, ибо больница была построена на месте разрушенного после 1917 года монастыря, а сам монастырь был построен на месте хлева, где на ночь были заперты останки Михаила Тверского, когда его везли после казни из Орды на Русь. По свидетельству “Жития”, с неба на хлев опустился луч света, а потом всю ночь сияло небо. В Будённовске через год после памятных событий возле восстановленной больницы уже стояла часовня Михаила Тверского. Быть может, мы по установившейся традиции всё ждём указаний сверху, когда нам дадут знак по достоинству оценить имя нашего предка на общенациональном уровне? К сожалению, мы пока почти ничего не сделали сами, чтобы отдать имя Михаила Тверского общественному мнению России, нашему высшему руководству.

И как символично, что первый шаг сделала уже в этом направлении наша Православная церковь. В августе прошлого года в докладе “Основы социальной концепции Русской православной Церкви” на Юбилейном Архиерейском Соборе имя Михаила Тверского было названо вслед за именем Апостола Павла, ещё до Сергия Радонежского и других! “Среди святых, почитаемых Православной Церковью, многие прославились любовью к своему земному отечеству и преданностью ему. Русские агиографические источники восхваляют святого благоверного князя Михаила Тверского, который “положил душу за своё отечество…”25) И было подчёркнуто, что он “положил душу свою за своё отечество”! И символично, что не просто “за други своя” – “за отечество”!

Михаил Ярославич Тверской первым стал объединять Русь, и потому первым был назван “великим князем всея Руси”!

Михаил Ярославич Тверской первым вышел на открытое военное столкновение с ордынской конницей и разгромил её.

Михаил Ярославич Тверской – первое лицо государства добровольно поехал на суд и казнь в Орду и положил жизнь свою ради спасения жизней своих подданных, ради спасения своей земли.

Михаил Ярославич Тверской единственный из всех русских князей и царей получил от народа имя собственное – “Святой”!

Быть может, этот юбилейный год, год 730-й годовщины со дня рождения Михаила Тверского, совпадающий с началом огромных перемен в нашей стране, зажжёт для россиян, как яркую путеводную звезду, имя Святого Михаила!

Нам необходимо имя – знамя! Это имя – Михаил Тверской!

Нам необходим пример из нашей собственной истории, пример государственного национального правителя, высоконравственного, мудрого, твёрдого – это тоже Михаил Тверской!

Нам необходим пример Чести и Достоинства, ради сохранения которых можно отдать жизнь, “положить душу за други своя”, за Отечество – и это тоже Михаил Тверской!

Г. Н. Пономарёв. (Тверь, 8 0822 33 71 43)

ИСТОЧНИКИ и ЛИТЕРАТУРА

1. “История родов русского дворянства”, СПб, 1886, т.1,с.56

2. В.Г.Карцов, “Антиордынская политика тверского княжества”, сборник “Из прошлого Калининской области”, Калинин, КГУ, 1974, с.60,61.

3. А.Н.Насонов, “Монголы и Русь”, Акад. наук, Л-д, 1940, с.68.

4. “Беседа Тверского епископа Симеона”, М.Ковалевский, Хрестоматия по русской истории, М., т.I, 1914, с.108. Н.М.Карамзин, Ист. Гос. Росс., т. IV, прим. 178, СПб, 1817, с.380. Цит. по В.Г.Карцову, в.н., с.75.

5. Г.В.Попов, А.В.Рындина “Живопись и прикладное искусство Твери XIV-XVI вв.”, М., 1979, с.18.

6. Г.В.Попов .... в.н., с.19.

7. Г.В.Попов .....в.н., с.19.

8. В.Г.Карцов, в.н., с.68.

9. ПСРЛ, 25, с.158.

10. ПСРЛ, I, стб.528.

11. “Библиограф”, М.Дьяконов, “Кто был первый великий князь “всея Руси”, 1889, N I, СПб, с.12.

12. “Библиограф”, в.н., с.14.

13. Э.Клюг,”Княжество Тверское”,Тверь,АНТЭК,1994, с.103.

14. Э.Клюг, в.н., с.103 104.

15. Э.Клюг, в.н., с.104.

16. В.О.Ключевский, “Курс русской истории”, М., Мысль, 1988, лекция XXII, с.43.

17. В.О.Ключевский, в.н., с.46.

18. В.О.Ключевский, в.н., лекция XXI, с.16.

19. И.У.Будовниц, “Повесть о разорении Торжка в 1315 г.”, Ин-т русск. лит-ры (Пушк.дом), т.XVI, М-л, 1960, с.447,448.

20. Э.Клюг, в.н., с.75.

21. ПСРЛ, т.VII, СПб, 1856, с.185.

22. ПСРЛ, т.VII, в.н., с.184.

23. А.И.Клибанов, “Реформационное движение в России”, М., 1960, с.103.

24. Э.Клюг, в.н., с.112, 113.

25. “Основы социальной концепции Русской Православной Церкви”, Из-во Московской Патриархии 2000, с. 44.

 

 
     

[На главную страницу] [Тверская областная библиотека им. А.М.Горького]